К риску возникновения табачной зависимости, как полагают, в наибольшей степени предрасположены люди экстравертного типа с гневливым и нервозным характером и с определенными преморбидными особенностями мышления (образно-мысленная или мысленная задержка переживаний, возникающих как реакция на микрострессы, и постоянное возвращение в воспоминаниях к прошлым сходным ситуациям). Нельзя пока считать убедительными предположения о наследственном характере зависимости от никотина, хотя микросоциальные, в том числе семейные факторы (курящие родители или родственники, либеральное отношение в семье к курению подростков и т.д.), безусловно, могут способствовать как формированию, так и закреплению данной зависимости (Радбиль, Комаров, 1988; Смирнов, 1993). Ее крайний вариант, или так называемый синдром патологического влечения к табаку, может проявляться вегетативно-сосудистым и (или) психическим компонентами, выраженность которых находится в зависимости от стадии процесса и ряда других факторов. Для оценки степени никотиновой зависимости используются различные подходы (Смирнов, 1993; Clarke, 1993), в частности опросник Фагерстрема, основанный на балльном принципе (табл. 12). У опрашиваемого в зависимости от его индивидуальных особенностей есть возможность набрать от 0 до 10 очков, что и характеризует тягу к никотину. Лица, которые нередко обращаются за медицинской помощью, чтобы избавиться от привычки курить, так как не могут сделать это самостоятельно, обычно набирают 7-8 и более баллов, а в неотобранной специально группе курильщиков среднее количество баллов может составить 5-6 (Смирнов, 1993). По нашим предварительным данным, в группе больных раком молочной железы репродуктивного возраста средний бал по Фагерстрему составил 4.7, а в группе больных раком шейки матки 5.9, причем очки во второй группе преимущественно набирались за счет "позитивных" ответов на 1, 6 и 7 вопросы. Сбор подобной информации, в частности у женщин и мужчин - больных раком легкого, безусловно, заслуживает продолжения, в том числе в целях сопоставления со степенью выраженности вызываемой при курении нейроэндокринной реакции, о которой речь пойдет ниже.
    Хотя, как отмечалось, больше исследователей ныне придерживаются точки зрения, что табак может вызывать пристрастие; высказывается и альтернативная гипотеза, по которой курение оказывает действие, восполняющее какие-то потребности человека, подобно тому как пища ликвидирует чувство голода, а питье устраняет жажду. В этом смысле полагают, что люди продолжают курить,

чтобы получать от этого процесса какие-то плюсы, преимущества, сходные с теми, которые можно получить и при некоторых других видах человеческой деятельности (Eysenck, 1991; Richmond, 1994). Действительно, у определенной части курильщиков наряду с биохимическими, гормональными и другими проявлениями при выкуривании сигарет или иных табачных изделий наблюдаются такие психофизиологические реакции, которые, по крайней мере отчасти, объясняют нежелание отказаться от этой привычки. Так, по ряду данных, в результате курения могут улучшаться показатели тестов на переработку информации, легче выполняются монотонные задачи, смягчаются реакции на психологический стресс и т.д. (Смирнов, 1993). В то же время неоднозначные сведения получены в отношении влияния курения на память, а такие процессы, как сон и аппетит, нередко в той или иной форме и достаточно выражено нарушаются. Многие эти и другие эффекты курения связывают с влиянием содержащегося в табаке алкалоида никотина, что объясняется его психотропным и - последовательно или одновременно - нейрогуморальным действием.
    При вдыхании табачного дыма никотин, очень быстро попадающий в систему кровоснабжения головного мозга, взаимодействует в первую очередь с никотиновыми холинэргическими рецепторами, которые особенно плотно локализуются в ядрах таламуса, коре, черной субстанции, ножке гипофиза и ряде других анатомических образований. Это сопровождается высвобождением значительного числа нейротрансмиттеров и гормонов, обеспечивающих каскадное изменение ряда физиологических и биохимических параметров и поддерживающих соответствующие поведенческие реакции (Pomerleau, 1992). Существенно отметить и то, что подкожное введение никотина крысам усиливает захват глюкозы тканью головного мозга, что, с одной стороны, свидетельствует о повышении метаболической активности центральной нервной системы, а, с другой - о важности углеводного субстрата в реализации психофармакологических эффектов курения (London et al., 1985).
    Степень выраженности нейроэндокринных реакций, выявляемых у курильщиков, зависит от целого ряда моментов и, в частности, от того, оценивается ли острый эффект курения (тест с одной, двумя или бульшим числом сигарет) или сравнивается состояние эндокринной системы у курящих и некурящих людей. Острые эффекты по большей части дозозависимы, опосредованны усилением высвобождения или
  далее...