В достаточно кратком перечислении основные факты, характеризующие особенности иммунологического статуса курильщиков, могут быть сведены к следующему. Хотя тенденция к увеличению общего числа лейкоцитов, а по некоторым данным и лимфоцитов, у длительно курящих табак людей выявлена довольно давно, степень отклонения этих параметров от нормы иногда ставят в зависимость от интенсивности курения (IARC Monographs ..., 1986; Van Antwerpen et al., 1993). Подобная закономерность обнаружена некоторыми исследователями и при оценке сдвигов в соотношении отдельных субпопуляций лимфоцитов в крови и содержимом бронхоальвеолярных смывов. Так, по ряду данных, у многокурящих по сравнению со средне- и малокурящими выявляются увеличение фракции Т-супрессоров снижение числа Т-хелперов (CD4+) и соответственно увеличение отношения CD8/CD4 (Hughes et al., 1985; Wallace, 1994). По другим сведениям, изменений в числе Т-лимфоцитов, особенно у молодых курильщиков, обнаружить не удалось (Daniele et al., 1977), однако выявилась довольно четкая тенденция к снижению естественных киллеров (Ferson et al., 1979; Cope, Heatley, 1992). Реакция лимфоцитов на митогенную стимуляцию (в том числе с клетками, полученными из бронхоальвеолярного смыва) по большей части оказывается сниженной (Daniele et al., 1977; Petersen et al., 1983) и этому соответствуют изменения реакции бласттрансформации лимфоцитов, обработанных экстрактом табачного дыма и никотина in vitro (Neher, 1974), хотя на основании обследования курильщиков в возрасте 20-78 лет были представлены наблюдения и противоположного характера (Silverman et al., 1975). В этом отношении существенно обратить внимание на тот факт, что содержание в крови рецепторов Т-лимфоцитарного фактора роста интерлейкина-2 (число которых на поверхности Т-лимфоцитов в определенной степени зависит от активности аденилатциклазы в этих клетках и от содержания в последних цАМФ) достоверно повышено как у здоровых курящих людей (особенно молодого возраста), так и у больных раком легкого (большинство которых также курит), прежде всего на ранней стадии заболевания (Ginns et al., 1990; Tollerud et al., 1992).     Имеются сведения о том, что длительное курение повреждает эпителиальную выстилку бронхов и повышает проницаемость клеточных барьеров дыхательных путей для чужеродных соединений (IARC Monographs ..., 1986). На этом фоне выявляются как морфологические, так и функциональные (в том числе биохимические) изменения альвеолярных макрофагов, одна из основных задач которых состоит в удалении из альвеол попадающих извне частичек. Проявление активации макрофагов (в частности, так называемый респираторный взрыв) заключается в усилении высвобождения метаболитов арахидоновой кислоты

и образования свободных радикалов, а также в большей экспрессии на поверхности альвеолярных макрофагов семейства молекул лейкоцитарной адгезии, что в совокупности модифицирует системы тканевой защиты (в том числе антиоксидантную) и нередко приводит к их повреждению (Schaberg et al., 1992; Lehr, 1993; Van Antwerpen et al., 1993). Сочетаясь с локальным или системным накоплением лейкоцитов и с другими элементами воспалительных реакций, подобные изменения нередко находят отражение в перераспределении соотношения отдельных фракций иммуноглобулинов. Наиболее характерными из этих сдвигов у курящих людей являются снижение содержания иммуноглобулинов G и M и особенно повышение концентрации иммуноглобулина Е (Мощиньски и др., 1990; Cope, Heatley, 1992). Современное объяснение последнего наблюдения сводится к тому, что под влиянием курения усиливается продукция ассоциированного с аллергизацией ИЛ-4, который стимулирует биосинтез иммуноглобулина Е. В то же время не отмечается изменений в продукции мононуклеарами гамма-интерферона, одна из функций которого состоит в угнетении образования иммуноглобулина Е. Такие особенности являются отражением сдвига на фоне длительного курения от так называемого Th1 клона Т-лимфоцитов (которому свойственна преимущественная продукция ИЛ-2, интерферона-g и фактора некроза опухолей) к Th2 их клону, для которого характерно образование уже упомянутого ИЛ-4, а также ИЛ-6 и ИЛ-10 (Byron et al., 1994).
    По другим наблюдениям, как у много-, так и малокурящих людей ослаблено высвобождение ИЛ-1 альвеолярными макрофагами, выделенными из бронхоальвеолярных смывов (Brown et al., 1989). По нашим данным, о чем уже говорилось в гл. 3. секреция ИЛ-1b и фактора некроза опухолей мононуклеарами крови у курящих больных раком молочной железы находилась в своеобразной зависимости от возраста последних, а именно: она была снижена по сравнению с некурящими у больных старше 50 лет (средний возраст 59 лет), но повышена у больных, не дошедших до этого возрастного рубежа (средний возраст 42 года). У курящих больных раком молочной железы прямо пропорциональная связь между секрецией мононуклеарами упомянутых цитокинов и интенсивностью реакции бласттрансформации лимфоцитов на фитогемагглютинин была выражена в несколько меньшей степени, чем у некурящих. В то же время на большом материале, собранном вместе с Т.Е. Порошиной, можно заключить, что направленность изменения реакции бласттрансформации у курящих больных была такой же, как и в случае секреции мононуклеарами цитокинов: отмечались понижение интенсивности реакции по сравнению с некурящими у женщин старше 50 лет и тенденция к ее повышению в более молодой группе больных; в отношении числа Т-лимфоцитов подобной зависимости обнаружено не было (табл. 1).
  далее...